Главный «тролль» советской власти: как Даниил Хармс доводил чекистов до исступления

Писателя, поэта и драматурга Даниила Хармса не случайно называют гением бреда и мастером эпатажа. Не только его тексты, полные парадоксов и черного юмора, но и сам его облик, поступки и стиль жизни были подчинены законам жанра, который сегодня, в эпоху интернета, носит название «троллинга». От современных троллей, впрочем, Хармс отличался тем, что никогда не стремился к анонимности и в итоге, поплатился за свои взгляды жизнью.

Как Ювачёв стал Хармсом

Одной из главных мистификаций писателя стала его фамилия.

Человек, которого мы знаем, как Хармса, на самом деле звался Даниилом Ивановичем Ювачёвым. Он родился в 1905 году в Петербурге в семье народовольца Ивана Ювачёва. Склонность к литературе проявилась у него еще в юности, тогда же возник и вкус к мистификациям. Хармс – лишь один из многих псевдонимов, которые выдумывал себе начинающий литератор. Вскоре он стал самым любимым, и поэт начал подписываться «Ювачев-Хармс». А затем и вовсе узаконил эту фамилию. Почему Хармс? Исследователи считают, что происхождение псевдонима связано с англоманией писателя. Он очень любил рассказы о Шерлоке Холмсе и даже старался походить на великого сыщика костюмом и обликом. Первоначально псевдоним звучал «Харм» -- от английского слова «вредитель». Потом, вероятно ради созвучия с фамилией «Холмс», к слову «харм» добавилась буква «с».

Основательного образования Хармс так и не получил, окончил лишь среднюю школу, и был отчислен, проучившись два курса, из Ленинградского электротехникума. Оказавшись в 1926 году совершенно свободным от необходимости посещать скучные лекции, Даниил Хармс всецело посвятил себя литературе.

ОБЭРИУты

Хармс близко сошелся с литераторами Александром Введенским, Николаем Заболоцким, Константином Вагиновым и другими. Все они восхищались Маяковским, и числили себя «левыми» писателями. Так возникла группа ОБЭРИУ – «Объединение реального искусства». ОБЭРИУты провозглашали поиск «новых форм» в литературе и увлекались гротесковыми, абсурдистскими средствами достижения художественной выразительности.

Маяковскому Хармс подражал не столько в поэзии, сколько в эпатирующей манере вести себя. Так, однажды он заявился в гости в пиджаке, один из лацканов которого был намного длиннее другого. В ответ на удивленные замечания, он заявил, что ему так нравится. Любил с друзьями прогуливаться ночью по Невскому в высоченных цилиндрах и с диванными валиками под мышкой. Друзья вспоминали, что Хармса можно было встретить в еще более странном наряде: в «невообразимой кофте», к которой сзади прикреплен бумажный цветок.

Нравились Хармсу и проделки в таком роде: придя на званый вечер, он мог вдруг, посреди гостиной, начать снимать штаны. Смятение собравшихся быстро сменялось смехом: под верхними брюками у поэта оказывались еще одни.

Описывают и склонность поэта к эксгибиционизму: он мог совершенно голым подойти к окну и стоять так довольно долго.

Детское издательство

Но чудачества Хармса в жизни ничто в сравнении с тем, в какой тупик ставили консервативного читателя его тексты, полные абсурда и сюрреализма. Разумеется, его нигде не печатали. В 1928 году Хармса пригласил на работу Маршак, который был редактором детского издательства. Он собрал под своим крылом Чуковского, Зощенко, Шварца, Житкова, Хармса... Неудивительно, что редакция детской литературы в Доме писателей была, по признанию современников, самым веселым местом во всем Ленинграде. Здесь выпускали журналы «Чиж» и «Еж», и замечательные книги. Хармс писал много стихотворений и рассказов для детей, выступал в школах и пионерских лагерях. Несмотря на общеизвестные высказывания писателя о нелюбви к детям, эти выступления имели огромный успех. Может быть, дело было в том, что Хармс умел каждое выступление превратить в настоящее волшебство? Он показывал фокусы, великолепно жонглировал разноцветными шариками. Веселый абсурд, которым полны его стихи для детей, ребятней воспринимался (и воспринимается до сих пор) очень хорошо.

Произведения Хармса для взрослых вовсе не так забавны. Юмор в них неизменно окрашен в черное, абсурд достигает масштабов откровенного бреда, в котором можно усмотреть даже черты патологии. Эти произведения имели явный антисоветский душок.

Аресты и смерть «тролля»

В первый раз Хармса арестовали в 1931 году. Дело было не столько в его персоне, сколько в стремлении разгромить детский отдел Госиздата. С этой задачей сотрудники ГПУ справились отлично: легендарная детская редакция прекратила свое существование. Хармса допрашивали, в основном, о его работе с Маршаком, и почти не касались творчества ОБЭРИУтов, называя его «заумным». На этот раз писатель отделался ссылкой, откуда через некоторое время он смог вернуться в Ленинград.

О том, как вел себя Хармс во время допросов, сохранились интересные воспоминания. Художник Власов, который был знаком с одним из следователей Хармса, приводит рассказы следователя о поэте. Однажды Хармс с самым серьезным видом заявил, что нормальному течению допроса мешает... половик у порога. Почему? Силуэт следователя проецируется не на дверь, а на этот половик. Поэтому Хармс отказывается отвечать на вопросы до тех пор, пока следователь не создаст нормальных условий для работы. В результате половик был выброшен из кабинета. Такого рода сцены происходили на каждом допросе, и в итоге следователь отказался от ведения дела, поскольку «подследственный его развлекает, и дело не идет».

Второй раз Хармса арестовали летом 1941 года. В этом случае причиной стали его собственные высказывания. Его обвиняли в «пораженческих и панических настроениях», в том числе и в таких заявлениях: «Если же мне дадут мобилизационный листок, я дам в морду командиру...;форму я не одену и в советских войсках служить не буду, не желаю быть таким дерьмом». Сложно сказать, в самом ли деле Хармс говорил подобное, или это – выдумки доносчика, но служить в армии Хармс и в самом деле не хотел. Еще в период финской войны он, чтобы не попасть на фронт, начал, как пишут его биографы, симулировать шизофрению. Оказавшись в «Крестах» по весьма тяжелому обвинению, Хармс вновь прибегает к «спасительному безумию». Его обследовали тюремные врачи и вынесли вердикт: шизофрения. В заключении говорится: «Высказывает ... бредовые идеи изобретательства. Считает, что он изобрел способ исправлять «погрешности», так называемый пекатум парвум... Бред ... лишен последовательности и логики, так, например, объясняет причину ношения головных уборов желанием скрыть мысли, без этого мысли делаются открытыми, «наружными». Для сокрытия своих мыслей обвязывает голову тесемкой или тряпочкой...».

Что это было? Заболевание или имитация сумасшествия, сумевшая обмануть даже многоопытных тюремных врачей? Вряд ли мы получим ответ на этот вопрос.

Хармс скончался от голода в тюремной больнице в феврале 1942 года в самые тяжелые дни блокады Ленинграда.

 

 

Источник ➝

Какой запах является наихудшим в мире?

Одни запахи кажется более отвратительными, чем другие. Но какой из них является наихудшим? Дело в том, что всё субъективно.

В 1998 году Памеле Далтон, когнитивному психологу из Центра химических чувств Монелла, было поручено разработать вонючую бомбу для Министерства обороны. Её эксперименты показали, что люди из разных слоев общества и разных частей света, которые росли, нюхая и употребляя в пищу разные вещи, часто не соглашались по поводу того, какие запахи были хорошими, а какие – плохими.

Наиболее подходящим кандидатом на звание «Универсальный неприятный запах», который обнаружила доктор Далтон, было то, что называлось «Стандартным зловонием уборных, используемых правительством США».

Это вещество, которое было разработано, чтобы имитировать запах в военно-полевых туалетах с целью проверить эффективность чистящих средств. Она выбрала ароматическую жидкость в качестве основы своего рецепта вонючей бомбы. Полученная в результате формула была названа «Вонючим супом». И это, возможно, наихудший запах из когда-либо созданных.

Научный писатель Мэри Роуч – одна из немногих людей, кому лично довелось столкнуться с «Вонючим супом». Она сравнила запах с «Сатаной на троне из гниющего лука».

Неужели «Вонючий суп» – самый ужасный запах в мире? Трудно сказать, отчасти потому, что исследования плохих запахов сопровождаются множеством проблем. Химики постоянно предупреждают о веществе под названием тиоацетон; в 1889 году оно стало объектом экспериментов в одной из лабораторий Фриберга (Германия). Одна из реакций с использованием тиоацетона привела к высвобождению неприятного запаха, который вырвался за пределы лаборатории и прокатился по городу, вызвав всеобщую панику и эвакуацию. Большинство людей стошнило прямо на улицах.

Дерек Лоу, промышленный химик, который писал о тиоацетоне, заявил, что трудно определить, какие химические вещества произвели запах в инциденте 1889 года. Тиоацентон, по всей вероятности, преобразовался в другое химическое вещество – предположительно, гем-димеркаптан – которое подверглось дальнейшим реакциям и создало ещё больше соединений. Никто, кажется, не горит желанием повторить этот эксперимент, чтобы точно выяснить, какие молекулы образуются.

«Практически все соединения, которые вы можете получить из тиоацентона, будут вонять», – сообщил доктор Лоу. Насколько сильно? Этого мы не знаем. Доктор Лоу говорит, что не многим доводилось нюхать гем-димеркаптан. Его запах вполне может быть интенсивным. Но вряд ли кто-то когда-либо захочет выяснить это.

История о тиоацетоне поднимает вопрос: как далеко способен распространиться плохой запах? Запах из лаборатории в 1889 году распространился примерно на 750 метров во всех направлениях, после чего рассеялся. Может ли запах быть настолько сильным, чтобы распространиться по всему миру и вынудить вонять всю планету?

Сила запахов измеряется «порогом обнаружения»; это количество вещества, которое вам нужно распылить в воздухе, чтобы обычный человек смог ощутить его запах. Порог обнаружения запаха бензина составляет около 100 микрограммов на метр кубический. Если около 4 литров бензина распылить в воздухе с высоты, то его запах будет уловим в пределах 180 м во всех направлениях.

Есть вещества, которые пахнут хуже бензина. Этилмеркаптан, вещество, добавляемое в природный газ для того, чтобы было легче обнаружить утечку газа, имеет порог обнаружения всего 1-2 микрограмма на кубический метр. Несколько луж этилмеркаптана объёмом с резервуар в Центральном парке в Нью-Йорке, равномерно распределившись в атмосфере, заставили бы всю планету пахнуть как при утечке газа. Метилмеркаптан обладает ещё более неприятным запахом.

Но не все сильные запахи являются плохими. Одним из веществ с самым низким порогом обнаружения является ванилин, основной компонент экстракта ванили. Данные варьируются, однако его порог обнаружения составляет около 0,1 или 0,2 мкг на кубический метр, что значительно ниже, чем у этил- или метилмеркаптана. Это означает, что одного или двух нефтяных танкеров с ванилином можно было бы использовать в качестве освежителя воздуха, достаточно мощного, чтобы придать всей Земле лёгкий аромат ванили.

Доктор Лоу говорит, что самый ужасный запах, с которым он когда-либо сталкивался в своей жизни, возник, когда он непреднамеренно объединил диметилсульфид с кремнием в ходе реакции, известной как олефинирование по Петерсону. «Пахло как из выхлопной трубы НЛО, – заявил он. – Запах был невероятно странным и ужасным». Учитывая бесконечность вселенной химии, кто знает, какие ещё запахи нам предстоит открыть.

 

 

Популярное в

))}
Loading...
наверх